«Женщина, которую долгие годы мучили головные боли, в отчаянии подошла к фигуре моего шамана — и боли прошли, представляете!»

75-летний художник-конструктор Спартак Британ, изготовивший уникальные экспонаты для Национального музея медицины, лишь недавно получил удостоверение заслуженного работника культуры

Марина ЕВГРАШИНА «ФАКТЫ»

Уникальные работы Спартака Британа делают славу прежде всего Национальному музею медицины — здесь установлены шестнадцать так называемых портретных фигур, совершенно не отличимых от живых людей. Но такие же муляжи украшают музеи в Каунасе и Калининграде, Санкт-Петербурге и Бердянске, Виннице и Львове… «Герои» художника-конструктора Британа — известный российский хирург Пирогов и английский океанограф Томсон, неизвестные аптекарь и северный шаман…

Сегодня Спартак Максимович работает над фигурой премьера царской России Столыпина — он тоже «поселится» в Национальном музее медицины.

«Ленин и Сталин помогали нам с мамой на хлеб зарабатывать»

01s10 vosk.jpg (17207 bytes)Мастерская Спартака Британа в прямом смысле слова — на чердаке. В закутке под крышей Музея медицины приткнулись старенький шкафчик, в котором Спартак Максимович хранит снимки своих старых работ, и столик, на котором он конструирует новые. Но художник и за это благодарен дирекции, взявшей его на зарплату старшего научного сотрудника! Ведь на пенсию не прожить. А скопить мастер ничего не скопил. Потому что не о деньгах всю жизнь думал…

— Сначала мыслил о том, как сделать… вечный двигатель, — улыбается своей юношеской наивности Спартак Британ. — Я ведь никогда не думал, что буду художником. Меня с детства интересовали конструкции. Любимое место — вокзал. Рассматривал паровозы и любую марку мог по памяти нарисовать в деталях. Лет в шесть, наверное, поспорил с дядей, который как раз закончил институт по профилю паровозостроения, что лучше него нарисую локомотив. Он сам выбрал марку, которую хорошо знал, мы разложили листы бумаги и начали. Что вы думаете? У меня он не нашел ни одной ошибки, а я у него — целых пять! Так что рисование мое началось с того, что изображал разные механизмы. Потом взялся за животных, людей. Законов построения рисунка я не знал. Поэтому лошадь рисовал, начиная с копыта и к нему же возвращаясь — точка в точку. Видно, дело было в хорошей зрительной памяти.

— Но вы отвлеклись от вечного двигателя — получилось?

— Ах да… Это было в эвакуации, в Барнауле. Закончил семь классов — надо работать. В драмтеатре нужен был помощник бутафора. Я пошел. А там работал человек — ну помешанный на механике. У него в мастерской стояли модели вечных двигателей — десятка, наверное, два. Мастер закончил пять или шесть классов, поэтому не знал, что вечный двигатель — мечта неосуществимая. Он и меня своей идеей заразил. Я каждый вечер разрабатывал новую схему, а утром ему приносил.

— А хорошо знать, что невозможное невозможно?

— Плохо. Потому что перед тобой вырастает стена, и ты уже дальше не идешь. Так вот, в театре я проработал с год, когда барнаульские художники решили организовать студию для тех, кто хотел научиться рисовать. Это были в основном взрослые люди. Многие вернулись с фронта. Кое-кто кое-что умел, но не имел специального образования. Я учился и у них, и у преподавателей…

А лепил я и до того. В классе третьем мне в руки попался глиняный свисточек. Я его распилил, увидел, как устроен, и сделал точно такой. А потом еще, еще… Стал делать разные фигурки. Раскрашивал цветными карандашами, натирал воском. Продал — считай, две карамельки в кармане. А когда уже учился в студии, начал из гипса и папье-маше делать фигурки сказочных персонажей, потом — настольные барельефчики Ленина и Сталина. Стоил такой барельефчик десять рублей, буханка хлеба в те годы — 80. Так что можно сказать: Ленин и Сталин помогали нам с мамой на хлеб зарабатывать. Как-то наши изделия увидели на базаре две эвакуированные ленинградки-художницы и тоже принялись за вождей. Мы даже подружились.

— Но, насколько я знаю, в советские времена не всякому даже профессиональному художнику разрешалось изображать вождей. А вы — без специального образования…

— У меня очень точно получалось. Эти барельефчики я показал, когда поступал в художественное училище, и меня приняли, кстати, при конкурсе пять человек на место. Но к тому времени я сделал уже не только их, а сценки из детских сказок, разные рамочки с голубками и сердечками… Собственно, это и помогло насобирать денег, чтобы вернуться из Сибири в Украину.

«На докторе Образцове мой пиджак, а на профессоре Караваеве — брюки»

— В училище я поступил легко и легко учился, но что такое рисовать по-настоящему, понял уже в институте, — продолжает Спартак Максимович.

Мастер достает из шкафчика затертые папки и раскладывает на столе черно-белые фотографии этюдов, которые и так-то хороши, а в цвете были, видимо, просто великолепны.

— Вот то, что осталось. Оригиналы моя тетя раздарила знакомым. Я думал: ладно, еще нарисую. Но жизнь повернулась так, что занялся совсем другим. Когда заканчивал институт, нашему Киевскому оперному театру понадобился художник для декораций. Мои преподаватели, зная, что я уже работал в театре, порекомендовали.

В театре не только рисовать и лепить нужно — там приходится делать целые конструкции. А меня это как раз и интересовало. Сначала занимал должность скульптора, а потом — главного художника-конструктора.

Днем на театр работал, а по вечерам стал делать фигуры для музея. Но не сразу, конечно. А когда начали создавать Музей медицины, я познакомился с Александром Абрамовичем Грандо — основателем и первым директором. Он был человек своеобразный, но умел увлекать. Если бы не музей, я бы, может быть, большие деньги зарабатывал — на сельхозвыставке заказы хорошо оплачивались.

— А сейчас? Судя по Киевскому музею восковых фигур, среди состоятельных людей много желающих запечатлеться — и на себя, любимых, они денег не жалеют.

— Есть там фигуры и в моем исполнении. В частности, Андрей Данилко. Но, видите ли, я не могу бросить своих прежних героев. Фигуры постарели. Кому их было спасать, если не автору? А силы сейчас уже не те.

— Как я понимаю, секретов своих материалов и конструкций вы никому не открываете, и спрашивать про них не стану.

— Да их уже подсмотрели коллеги. Но моя технология очень трудоемкая, а возиться никому не хочется. Поэтому работают с воском. Я тоже попытался работать с воском. Но он со временем… «плывет», меняет цвет… Пробовал и оргстекло — это белый порошок молочного цвета, который применялся в скульптуре. Научился добиваться телесного цвета. Но когда работаешь с этим порошком и красками, такие запахи стоят…

Потом меня осенило: чего я мучаюсь, если существует протокрил, из которого протезисты десны делают? Но сам по себе он неживой — в том смысле, что не производит впечатления живой ткани. Секрет в том, что кожа многослойная, и глаз это улавливает. Изготавливая материал для открытых мест фигур — лиц, рук, — я стал это учитывать.

— А остальное — тело, ноги — из чего?

— Раньше делал из поролона, но со временем он рассыпается. Сейчас делаю из пенопласта. Потом муляж одеваю. Будете смеяться, но на докторе Образцове в Музее медицины мой пиджак, а на профессоре Караваеве — мои брюки. Академику Заболотному повезло — ему новую одежду купили.

— Из пенопласта, а позы у фигур такие естественные…

— Добиться этого помогают подвижной корпус и подвижные суставы. А пластику подсматриваю у живых людей. Видели аптекаря в медицинском музее? Пожилой человек, чуть сутулится. Но кажется, что не столько от возраста, сколько от привычки угождать клиентам. Именно такого я видел когда-то в аптеке в Николаеве, где мы с мамой одно время жили.

«Все в моей жизни закономерно: потрудился — получил»

— А фигуры исторических личностей? Их-то вы не могли видеть!

— Тут главное — лица. Если есть хороший портрет, то дальше все в моих руках. Правда, портреты одного и того же человека иной раз так разнятся!.. Взять хоть премьера царской России Столыпина, над которым сейчас работаю. Три портрета — три формы носа. Потому что разные художники рисовали. Но мне-то нужно выбрать один!

Только ведь я ищу не одно внешнее сходство, но и характер человека. Для этого приходится много читать. Да даже если речь идет не о конкретных людях! Например, для музея в Каунасе я делал северного шамана. Книг о шаманах прочитал — какие только были. И, наверное, проникся какой-то определенной энергетикой, потому что мой шаман сотворил настоящее чудо. В музее работала женщина, которую долгие годы мучили головные боли. Она ходила по врачам, пила лекарства — ничто не помогало. Как мне потом рассказывали, она в отчаянии подошла к шаману и попросила ее избавить от болей. И боли прошли, представляете?

— Слава за вами, наверное, по пятам ходила.

— Ой, какая слава?! Вы видели, чтобы хоть в одной из первых книг о Музее медицины была упомянута фамилия Британа? Фигуры как будто сами на свет родились. Бывшему директору музея я сказал, что хорошо бы написать, чья работа, так он возмутился: «Будешь настаивать — сделаю так, что о тебе никто и никогда не узнает!» В те времена «пропагандировалась» скромность…

Признаюсь: обидно было. Ведь действительно обо мне не знали. То есть между собой музейщики общались и передавали друг другу координаты. Я получал заказы. Но звание «Заслуженный работник культуры» мне дали только к 75-летию благодаря теперешнему директору музея. А удостоверение получил вот совсем недавно.

Впрочем, может быть, в этом есть свой смысл? Знаете, у меня в жизни был такой случай. Я работал с оргстеклом и отравился парами. Потерял сознание. Отходил потом недели две — мать отпаивала молоком, чем-то еще… И вот помню: лежу я, в голове шумит. Вдруг перед глазами мультик «Бемби». Знаете, наверное: красочный такой! Но картинки другие. Я подумал: а что, если «вызвать» скульптуры? И целый ряд передо мной пошел. Потом «вызвал» картины. Потом стихи… До того случая думал: все, что умею — только мое. На самом деле таланты людям даются свыше. Другое дело, что одни вкладывают труд в то, чтобы использовать свой шанс, а другие — нет. Если воспринимать так, то все в моей жизни закономерно: потрудился — получил. Главное — дожил до этого! И за это давайте выпьем.

Спартак Максимович достал из потертой сумки термос и аккуратно разлил по чашкам не крепкий, но очень ароматный чай.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.